Как «Мираторг» оказался в чужой истории
В марте 2026 года в Сибири и Поволжье власти изымали и забивали скот у фермеров и в личных подсобных хозяйствах. По данным Forbes, чиновники упоминали бешенство и пастереллез, но документов фермеры не видели. Люди протестовали и перекрывали дороги.
В соцсетях появилась версия, что забой выгоден крупным агрохолдингам. Главной мишенью, как писал Forbes 18 марта, стал «Мираторг». Пользователи призывали отказаться от его продукции. Доказательств связи компании с изъятием скота никто не привел.
25 марта Forbes сообщил, что правительство Новосибирской области объявило о завершении уничтожения скота.
Что ответила компания
16 марта пресс-служба «Мираторга» объяснила позицию «АиФ–Черноземье». Фермы КРС компании находятся в Брянской, Орловской, Смоленской, Тульской и Калининградской областях. Это тысячи километров от регионов, где болеет скот. Молоко компания не производит.
Поголовье «Мираторга» компания оценила примерно в 700 тысяч голов. По ее словам, это несопоставимо с масштабами пострадавших хозяйств, а с мелкими производителями она не конкурирует. Решения о борьбе с болезнями животных, подчеркнули в компании, принимают только государственные ветеринарные службы.
Те же аргументы 18 марта пресс-служба привела Forbes. Представитель компании добавил, что «Мираторг» закупает животных у малых хозяйств на откорм. Поэтому, по его словам, компания заинтересована в благополучной эпизоотической обстановке.
Позже представитель холдинга описал Shopper’s порядок действий. Сначала руководство объяснило ситуацию сотрудникам, с фактами, географией и цифрами. Затем дало разъяснения партнерам и только после этого высказало позицию публично.
Масштаб волны и итог на сегодня
15 апреля отраслевое издание Shopper’s привело оценку агентства «Сидорин лаб». С 8 марта по 7 апреля в соцсетях вышло 1,7 млн сообщений о забое скота с охватом более 199 млн пользователей. Негативных публикаций на эту тему агентство насчитало 76 тысяч.
Представитель «Мираторга» сказал Shopper’s, что компания восприняла ситуацию «не как народный гнев, а как технологию, которую мы уже видели». По его словам, мониторинг показал однотипные посты, волны вбросов и ботов.
Снижения продаж из-за этой истории компания, по словам представителя, не заметила. Он же оговорился, что более объективная картина станет понятна через пару месяцев. Скидки на продукцию в магазинах он объяснил регулярными акциями ритейлеров. Сети на запросы Shopper’s не ответили.
Управляющий партнер Agro and Food Communications Илья Березнюк в том же материале отметил, что конкретных фактов связи компании с историей неизвестно. По его мнению, компания привела деловые аргументы, но могла активнее показать поддержку пострадавших.
25 августа компания сообщила о победе в суде над блогером Станиславом Васильевым. Арбитражный суд Московской области признал недостоверными и порочащими деловую репутацию сведения из его видео о забое скота. Независимых данных о продажах «Мираторга» после марта мы не нашли.
Чужой кризис гасят проверяемыми фактами
Это наблюдения агентства, а не оценка причин забоя скота.
- Бренд могут втянуть в кризис, к которому он не имеет отношения. Достаточно быть самым узнаваемым игроком отрасли в момент, когда людям не хватает объяснений от властей.
- Проверяемые факты работают лучше эмоций. География ферм, размер стада и роль ветслужб — аргументы, которые журналист может перепроверить.
- Порядок «сотрудники, партнеры, публика» снижает риск утечек и разнобоя в словах. Люди внутри компании не узнают позицию работодателя из соцсетей.
- Охват не равен продажам, но след остается. Сотни тысяч постов живут в поиске и ответах нейросетей дольше, чем длится бойкот, поэтому мониторинг упоминаний нужен и после спада волны.